«Дюнкерк»: выживание — дело грязное

Дюнкерк

Идею «Дюнкерка» Нолан вынашивал около двадцати лет. Сегодня понятно, что для этого фильма ему необходимо было пройти путь от «Преследования» до «Интерстеллара» — без опыта, команды, доверия студий, рекордных бюджетов и сборов, воплощение истории в подобном виде невозможно представить.

Случившаяся в мае 1940 года эвакуация четырехсот тысяч солдат союзных войск из Дюнкерка — знаковый для Британии эпизод Второй мировой войны. Однако споры об операции «Динамо» не утихают до сих пор. Остановленное приказом Гитлера наступление немецкой армии, побег боеспособных британских подразделений на родину через 68 километров моря, брошенные на побережье самолеты, машины и боеприпасы, привлечение гражданских судов к эвакуции и невероятная волна уважения к сумевшим выжить — все это сложно понять, изучая историю войны через призму лозунга «Отступать некуда, позади Москва».

Даже лучшие антивоенные фильмы вроде «Спасти рядового Райана» или «По соображениям совести» — в первую очередь истории о патриотическом пафосе. Этой точке зрения «Дюнкерк» диаметрально противоположен: эвакуация морем здесь превращается в полную отчаяния цепочку из тонущих судов; авиацию берегут для сражений за Британию, отправляя к Дюнкерку лишь три самолета (этому возмущаются и герои, бросая летчикам обидное «Где ж вы были все!»); а на моле солдаты готовы добираться домой вплавь и убивать союзников, лишь бы выжить.

Четвертая работа Нолана, основанная на оригинальном сценарии (включая «Преследование», «Начало» и «Интерстеллар»), стала первым за долгое время сценарным опытом без участия Джонатана Нолана (он продолжает писать для HBO «Мир дикого запада») и первым опытом съемки исторического кино. И сложно не признать: «Дюнкерк» — самый зрелый фильм британского режиссера.

Три сюжетных линии эвакуции (мол, море и воздух) разнятся по протяженности: неделя, день и час происходят для зрителя одновременно, сходясь на таймлайне фильма далеко не сразу. Любимая режиссером игра со временем здесь поддерживает общий масштаб, наконец-то оставаясь максимально простой и функциональной.

Первые кадры фильма — чистая эссенция дальнейшего повествования: медитативное созерцание панорам пустого Дюнкерка внезапно прерывается выстрелами. Паника, бегство британских солдат под обстрел французской армии, смерть, пустота, спасение и снова смерть. За стартовые десять минут мы слышим не больше десятка связных реплик, и сложно спорить с тем, что молчание здесь выразительнее любого диалога. К тому же, герои здесь схематичны: Харди играет одними глазами, не снимая маски; персонаж Киллиана Мерфи всеми силами пытается избежать возвращения в Дюнкерк; а великолепный капитан гражданского суденышка в исполнении Марка Райлэнса — единственный герой, о котором зрителям удается узнать хотя бы что-то. О военных мы ничего не знаем, да это и не нужно: здесь, в ловушке, все они хотят одного — выжить любой ценой.

Дюнкерк

Главный обман заключается в том, что «Дюнкерк» — вовсе не блокбастер и не драма о людях, а авторский фильм об эмоциях. Война равна стихии: обезличивая врага, Нолан погружает зрителей в Одиссею первобытного ужаса, усиливающегося до последних кадров. Каждый выстрел будто направлен в тебя, разрывы снарядов почти можно ощутить физически. Тиканье часов, сопровождающее моменты затишья, нагнетает атмосферу: кажется, еще чуть-чуть и именно ты, сидящий в кресле в безопасном кинотеатре, сорвешься, закроешь голову руками или бросишься под сиденья, скрываясь от выстрелов.

На питчинге «Дюнкерка» Нолан сказал: «Мы посадим зрителя в кабину истребителя „Спитфайр“ и устроим ему стычку с „Мессершмиттами“. Выведем зрителя на берег, где повсюду песок и волны. Поместим зрителя на маленькие рыболовецкие лодки и дадим почувствовать, как волны разбиваются о борт. Это виртуальная реальность без шлема». Все это — чистая правда, смотреть «Дюнкерк» нужно на максимально большом экране (если есть возможность — в IMAX): абстрактная отстраненность сине-серой картинки, почти свободной от компьютерной графики, совмещается с невероятным ощущением присутствия на поле боя. И именно ей Хойте ван Хойтема, до этого снявший с Ноланом «Интерстеллар», уже забронировал себе место среди оскаровских номинантов этого года.

Нолан же, вероятно, будет одним из главных кандидатов на режиссерский «Оскар». Историческая драма — обласканный кинокритиками жанр, и идеальный кандидат с точки зрения режиссуры. Тем более что вопросы к «Дюнкерку» содержатся в другой области: гораздо более атмосферный, достоверный и впечатляющий Дюнкерк мы уже видели в «Искуплении» Джо Райта. Впрочем, фильмы, признающие, что война — это в первую очередь боль, обман, страх и желание выжить, избавленные от переизбытка героического налета пропагандистского пафоса — уже достойный урок и повод посетить кинотеатр. Особенно в России.


Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

80
«Дюнкерк» — отличная антивоенная драма, настоящая Одиссея боли и страданий. Но, как и всегда у Кристофера Нолана, единственная идея здесь определяет содержание, не наполняя великолепную оболочку глубиной. А именно это и отделяет отличный фильм от гениального.
Василий Вагин

Василий Вагин

@Biffy (44 lvl)

Журналист, фотограф, филолог.

Twitter (username)VK

Комментарии:
  • Michael Chips

    Согласен с оценкой, сильнейший фильм получился. Ханс Циммер постарался как никогда, музыка в фильме не звучит секунды три, все остальное время сплошное нагнетание. Пожалуй, схожу еще раз, и да — обязательно в IMAX.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: